пятница, 2 декабря 2016 г.

Образ женщины
«Не стареют душой ветераны!»
или Молодость – не количество прожитых лет…

С детских лет родители учили нас уважительно относиться к старшим. В школе на мероприятия часто приглашали ветеранов - пожилых, убелённых сединами людей, к которым исподволь возникало чувство уважения и благодарности. За всё. За нашу мирную долгое время жизнь, за отвоеванное у врагов счастье ежедневно любоваться солнцем в голубом небе и яркими цветами на разноцветном лугу, за возможность просто жить, и день за днём, год за годом постигать значимость и величие их подвига – бесценного подарка под названием «МИР». Кто-то из них боролся за наше счастливое будущее на передовой, кто-то ковал победу в тылу, но неизменным остается одно – благодаря этим людям мы сегодня живем.
Героиня нашего рассказа – приветливая миловидная женщина, внешний вид которой никак не соответствует цифре в паспорте. И это правильно, ведь в заинтересованности и любви к жизни ей можно только позавидовать.

Родом из детства
Любовь Дмитриевна Монька родилась в небольшом, но таком родном и любимом Кировске, где проживает и сейчас.

«В детский сад я не ходила, – вспоминает Любовь Дмитриевна. - Дома со мной находилась мама, Полина Михайловна Стрекалова, она не работала, была домохозяйкой. Папа, Дмитрий Иванович, работал в СПТУ №59 (ныне Кировский профессиональный колледж – примечание), мастером производственного обучения, а позже - в Кировском строительном управлении. В семье я росла одна, сестры и братья у меня только двоюродные и троюродные. С 1-го по 4-й классы мы учились в школе, которая впоследствии стала вечерней. Помню, там была хорошая столовая. Проучились мы там до 1961 года, и я перешла в школу №46 (ныне – Кировская многопрофильная гимназия – примечание), где училась до 1968 года. Школа наша была одноэтажным зданием казарменного типа, с маленькими окошками и печным отоплением. Мы собирали металлолом и макулатуру, и ещё помню, часто у нас были занятия по физкультуре. Ежедневно с 8 часов утра в школе проходила зарядка по 15-20 минут. Почему-то в памяти остался случай солнечного затмения, когда мы сидели в классе, и вдруг среди белого дня стало темно, и птицы, которые до этого летали и перепрыгивали с ветки на ветку, сели на подоконник здания школы и замолчали. Мы тогда решили, что они легли спать. Проучилась я в этой школе до 8-го класса и вот решили эту школу отремонтировать. Нас перевели в школу №3, и я проходила туда два года. Но, пока делали ремонт в школе №46, мы успели полностью закончить обучение, это было в 1970 году», - вспоминает героиня рассказа.
В «Звёздочке» я проработала недолго…
Редко кто из нас сразу по окончании школы точно знает, кем будет в жизни. Мечты из детства переплетаются с повзрослевшей реальностью, и на пороге выпускного вечера многие принимают решение, которое впоследствии может оказаться и не совсем правильным.

Вот и наша героиня после школы поступила учиться на повара в училище №61 города Стаханова, и даже поработала по профессии в кафе «Звёздочка» шахты «77». Но у судьбы, обычно, свои планы и, бывает, они не совпадают с нашими ожиданиями. Так случилось и с юной Любой. «По окончании учебы мы, три выпускницы, пошли в ОРС (отдел рабочего снабжения – примечание) и, походив из кабинета в кабинет, направились прямо к начальнику. Он нас передал симпатичной темноволосой женщине, которая и помогла нам с распределением по работе. В «Звёздочке» я проработала недолго. После  работы в ОРСе, я окончила курсы секретарей-машинисток при Кировском ДОСААФ (Добровольное Общество содействия армии, авиации и флоту – примечание) и решила искать работу. Наша руководитель курсов порекомендовала нам продолжить обучение в городе Первомайске, где были курсы машинисток-стенографисток. Я «загорелась» и сразу поехала на учебу», - вспоминает Любовь Дмитриевна.
Ветер перемен
Молодость – чистые порывы души, свежий ветер в волосах, распахнутые навстречу счастливому будущему глаза. Молодость жаждет перемен, рвется в неизведанные просторы. Наверное, в этом его главное отличие от зрелой жизни – ни минуты покоя. Выпускники советского времени уезжали по распределению в разные географические точки нашей необъятной Родины. Некоторые из них находили далеко от дома свою судьбу и оставались жить в чужом ранее краю, а некоторые возвращались домой.
 «Когда я окончила обучение, нужно было ехать на работу в город Грозный, на Кавказ. Нас тогда распределяли в разные места – девчата уезжали даже в Среднюю Азию. Но так получилось, что по направлению в Грозный уехала другая девушка. У меня было желание уехать, но я была «домашним» ребёнком. Отец у меня был военным, участником боевых действий, и не понаслышке знал, что такое Кавказ. Думаю, что он вряд ли отпустил бы меня, потому как лично едва не столкнулся со смертельной опасностью, – вспоминает Любовь Дмитриевна.
Отец нашей героини рассказывал о своей работе на хозяина. Не раз случались ситуации, когда хозяин расплачивался с рабочим, но, когда тот уходил, хозяин нанимал молодых людей. Эти «молодцы» должны были догнать человека и забрать у него все деньги. Такая практика в селе повторялась раз за разом, и вполне могла случиться и с отцом, но его почему-то сам хозяин решил предупредить об опасности.
Так или иначе, но на Кавказ Люба не попала. Наверное, не судьба, а, может, и наоборот, хранила она молодую девушку. Годами позже в тех местах были сильные землетрясения, гибли люди. На тот момент в Кировске близких знакомых у девушки не было, но по молодости все же хотелось уехать куда-нибудь, пусть даже и недалеко. Выбор пал на соседний город Кадиевку (с 1978 года – город Стаханов – примечание). Машинисткой-стенографисткой тогда, если не в машбюро, можно было работать, например, в Горкоме партии, но обычно мест там не было. Любовь Дмитриевна вспоминает, как во время обеденного перерыва, около 12 часов дня, чисто случайно забрела в проектную контору. Находилась контора в двухэтажном здании ресторана «Донбасс» и занимала часть здания на первом и втором этажах. Контора эта была от города Красный Луч. За время перерыва девушка успела сделать форму сметы на шести листах, причем, справилась с этим заданием настолько быстро, что её сразу взяли на работу, сначала на полгода, а к осени объявили, что уже и приняли в штат. Так, с августа 1974 года, началась у Любови трудовая деятельность. Кстати, интересный факт для тех, кто верит в приметы. Девушка купила новую колоду карт и загадала – раскину, если выпадет четыре туза – найду работу. Кто бы мог подумать, что всё так и произошло.
«Почему-то мне всегда нравилось быть секретарем, я много читала, узнавала по этому поводу и очень любила эту профессию в душе, но на практике не знала, что это такое. А когда, обучаясь на курсах машинисток, я изучила машинку и твердо решила – буду печатать», - улыбаясь, признается Любовь Дмитриевна. Работала Люба машинисткой, на втором этаже конторы была приемная, и ей иногда приходилось подменять других девушек на время их отпусков. Иногда машинисток приглашали на работу в Горком партии, где они обрабатывали многочисленные протоколы заседаний.
Время шло, вёсны приходили на смену зимам, и девушка задумалась над своим дальнейшим обучением. В 1979 году она твердо решила, что нужно учиться дальше и поступила с подругами на вечернее отделение в Стахановский филиал Коммунарского горно-металлургического института. Все было рядом – и работа, и учёба. «Помню, как сейчас - после работы в пять часов вечера мы бежали на занятия. И времена те помню – прибегаешь в студенческую столовую – стакан томатного сока с солью, 150 грамм колбасы по 2,80 рублей и кусочек хлеба или молочный коржик за 7 копеек. Так и жили», - с теплотой в голосе вспоминает Любовь Дмитриевна. Вспоминает она и своё увлечение  спортом в те годы - с девчатами-подружками много бегали, просто по городу, был свой намеченный маршрут, по которому оббегали, наверное, пол-Стаханова. Зимой любили ходить на лыжах.

 «Вечером с занятий нас возил автобус, последний рейс был в 21-30, ездили даже в Горск, забирали студентов, - рассказывает Любовь Дмитриевна. - Вот так в конторе я проработала до времен «перестройки», сначала машинисткой, потом техником, потом в сметном отделе сметчицей. Затем организовали отдел организации строительства, я, в принципе, училась по своей специальности - «Промышленное и гражданское строительство». Много было чертежей, расчетов, но дипломные работы делали сами, своим умом. Так и окончили институт, в 1985 году».
Такие вкусные лепешки…
В проектной конторе Любовь Дмитриевна проработала 22 года – с 1974 по 1996. С началом времени «перестройки» пришли сокращения, под которые некоторые работники конторы попали первыми. «Помню, при сокращении нам с подругой еще и выдали деньги – на то время 22 миллиона, и мы купили шоколадных конфет. Тогда, в «лихие 90-е», это было роскошью – денег почти никому не выплачивали или платили мало. У меня уже была семья, муж работал на шахте, где денег не платили тоже. Когда было совсем плохо, мы ходили работать к соседям – они были людьми зажиточными. Работали у них на огороде, с пяти часов утра, пололи грядки, а соседка платила нам литровой банкой пшеничной или ячневой каши, буханкой хлеба. Если даст совсем немного денег, так мы покупали растительное масло. Из черной муки мы пекли лепешки, они были очень вкусными. Муж моей золовки работал в том месте, где для поросят давали отруби, и ему вместо денег тоже давали отруби, для корма животным. Мы с дочкой приходили к родственникам, они нам нагружали эти отруби, и мы … жарили лепешки, - со слезами и дрожью в голосе рассказывает Любовь Дмитриевна. - Тогда эти лепёшки были необычайно вкусными, а сейчас я уже такими и не сделаю. Вскоре после этих событий на шахте «Бежановская» стали выдавать деньги через банк, и вот тогда я впервые за долгое время подержала их в руках. Мы пошли в магазин и увидели ковер, он тогда стоил около 15 миллионов. Такие были тогда цены - коробка спичек стоила тысячу рублей. Так вот, мы купили этот ковер, мне сапоги и еще остались деньги – не нести ведь их домой, и мы взяли комплект детского постельного белья. Вот так на шахте выдали задолженность».
Личное счастье
«С мужем мы познакомились у подруги на празднике, осенью. Помню, что было еще тепло – в сентябре. Встречались до февраля. Можно было пожениться и раньше, но так складывались обстоятельства, что постоянно что-то мешало и мы откладывали роспись. К тому же, нужно было выждать срок до года после смерти родителей. И вот так, 28 февраля 1987 года, в последний день зимы, мы расписались. Помню, в ЗАГСе регистратор указала нам в анкетах, чтобы мы писали возраст, как она сказала, положено – 17-18 лет. Я смеялась, ведь возраст был уже далеко не 17-ти летний».
 Любовь Дмитриевна с мужем воспитали дочь Викторию, сегодня она студентка, учится в Стахановском отделении Луганского ВУЗа.

Незваная боль войны
Война 2014 года ворвалась в жизнь каждого из нас незваной болью, и изменила её навсегда, оставшись в памяти обрывками страшного сна. Воспоминания о тех днях живут в нашем подсознании, готовые вырваться наружу при каждом удобном случае.
«Хорошо помню 3 ноября 2014 года. Это был понедельник, солнечный и теплый день. Я шла с работы по улице Циолковского и услышала странный не то шелест, не то свист. В тот же день я встретила свою куму. Чуть позже, когда мы  разговаривали, она рассказывала, что мыла на кухне посуду и вдруг увидела у соседа в огороде огонь. Еще и подумала – костер, что ли, горит? Но тут прибежал муж и сказал, чтобы мы прятались – прилетел снаряд», - вспоминает Любовь Дмитриевна.
«Запомнился еще один эпизод – я стояла возле ворот ПМС (путевая машинная станция – примечание), и вдруг среди белого дня видела, как «шипит» по небу что-то летящее со стороны Крымского или Новотошковки. Куда оно приземлилось – я не знаю, но после гулкого шлепка наша хатенка, как лягушонка подпрыгнула. Были моменты, когда мы фотографировали зарево и «теплушки» от самолетов. Наблюдая блестящие искры, я решила, что это части фосфорных бомб и решила надеть пальто, чтобы осколки не попали на кожу. А потом думаю: «Что же я делаю?». У страха глаза велики… Помню 8 декабря 2014 года, мне нужно было ехать в Стаханов, но с утра был настолько сильный обстрел, что просто дрожала земля под ногами. Я сидела и плакала – ведь нужно было обязательно ехать, а обстреливали как раз кировский блок-пост, и наш автобус не пропустили бы.
Этот день был каким-то очень невезучим. Когда я все-таки приехала в Стаханов, случилось так, что с четвертого этажа многоэтажного дома упал замерзший кусок льда и пролетел прямо рядом с моей головой, зацепило шапку, я чисто случайно в тот момент повернула в сторону голову. Вдобавок ко всему, когда мы возвращались домой, в Кировск, снова был обстрел, тогда снаряды упали в районе школы №13».
Во время интенсивных обстрелов города украинскими карателями Любовь Дмитриевна не выезжала из Кировска ни на день. Она вспоминает, что и на работу ходили ежедневно. Однажды, подойдя к зданию исполкома, поинтересовалась  у сотрудника, как дела, и в ответ услышала, что, оказывается, ей повезло больше – только одно окно в кабинете выскочило после обстрела, второе осталось целым. Почти каждое утро по дороге на работу приходилось пережидать обстрелы около одного дома по улице Борисова. Так и стояли под углом дома до начала девятого – у украинских вояк, видимо, обстрелы были по расписанию – как раз в то время, когда людям утром идти на работу. Вспоминает Любовь Дмитриевна 31 января 2015 года, когда снаряд попал в газопровод в районе улицы Волочаевская. «Мы с соседкой вечером вышли на улицу, а там – зарево до неба. Ночью, казалось, летящие снаряды были разного цвета – от синего до фиолетового. Муж во время обстрелов, обычно, находился дома и даже мог смотреть телевизор – наверное, ему было не страшно, а я стояла в коридоре. Война эта проклятая держала нас в каком-то «тонусе» - среди зимы я бегала в спортивной курточке, без головного убора, и вообще, очень легко одетой, и не замечала этого, - делится воспоминаниями Любовь Дмитриевна. - Спасибо Богу, на нашей улице разрушений не было, прилетела мина, но не разорвалась, даже окна у людей остались целыми. Мы даже умудрялись среди обстрелов заниматься обычными домашними делами – например, заливали погреб. Он пострадал не от обстрелов, а от старости – прошли проливные дожди, и он развалился еще до войны. В 2015 году мы построили во дворе маленький сарайчик из шлакоблока».
О работе, которая по душе
Наверное, для каждого из нас наступает период в жизни, который можно назвать «переломным» и определяющим. Годы наши бегут, и только вперед. И с этим ничего поделать невозможно. Вот и решаем мы для себя в какой-то определенный момент времени, как будем жить дальше, где работать, какое окружение создавать вокруг. Просто для того, чтобы достойно и, по-своему, правильно, прожить следующий отрезок нашей жизни. «Лихие 90-е» в памяти многих из нас остались далеко не радужным временем. Люди, оставшиеся без работы в результате сокращений или увольнений, зарабатывали на хлеб, как могли. Некоторым, чтобы прокормить семью, пришлось уехать на «заработки», другие пытались найти счастье в родном городе.

 «После сокращения из конторы, с 1996 до 2000 года я была без работы, состояла на учете в Центре занятости, предлагали мне переучиваться в Луганске, и я уже настроилась и оформила необходимые документы, но потом вдруг как будто кто-то подтолкнул меня, и я пришла в горисполком. Помню, зашла в комнату ветеранов, сидел Николай Григорьевич Кашкарев (с марта 1957года до 1962 года - Первый секретарь Голубовского райкома партии. В 1962 году Голубовский район был преобразован в город Кировск. По рекомендации областного комитета партии, Кашкарёв Н.Г. был избран Первым секретарём Кировского городского комитета партии. На эту должность избирался много раз - примечание). Я спросила о вакансиях, он говорит – есть. И так получилось, что через время я пришла работать в Кировский городской совет ветеранов, ответственным секретарем. Как сейчас помню, это было 7 мая 2002 года.

Любовь Дмитриевна с особой искренней теплотой вспоминает о времени работы с Николаем Григорьевичем. «Он был моим непосредственным начальником, но большую часть работы брал на себя и ответственно её выполнял, - делится воспоминаниями Любовь Дмитриевна. - Были случаи, когда отчитывал «по полной программе», но на растерзание никому не давал – «сор из избы» не выносил. У него было какое-то врожденное чувство такта, которое он переносил на всех своих подчиненных. Научилась я у него профессиональной дисциплине и большой ответственности – если дается задание – его нужно обязательно выполнить! Переняла я от него порядочность, очень не люблю профессиональной нечистоплотности. Я уже говорила, что работаю именно ответственным секретарем, так как работа наша ответственная.
Можно сказать, что по его инициативе начал строиться наш Кировск – старые «халупки» сносили и строили многоэтажки. Он был упорным, настойчивым в достижении цели, и очень грамотным. Но еще он любил повторять: «Если человек умный, он и хитрый, а сели хитрый, он и умный», так что выработанная справедливая хитрость помогала ему в работе. Помню случай со школой №16, когда решили её построить. Но тут пришла разнарядка – отменить строительство. Он вызвал родителей учеников и попросил написать заявление с последующей отсылкой на Москву, где указать, что из-за него, Николая Григорьевича, не ведется строительство данного объекта. Родители сначала опешили – ведь его конкретной вины не было, но он настоял. И тут раздался звонок: «Ты что себе позволяешь? Школу нужно построить! Да, разнарядка на отмену строительства была, но ведь не было конкретно сказано, что именно в Кировске». Вот так, благодаря «хитрости», была решена судьба школы №16.

Проводили мы президиумы, пленумы, конференции, раз в четыре года – отчетно-выборные конференции. Он этим жил, а также комсомольской, партийной работой, большую часть суток проводил на работе. У него был большой авторитет руководителя, все слушались его беспрекословно. Помню, в 2005 году ввели у нас волонтерскую деятельность, так Николай Григорьевич говорил: «Пришлите к нему инструкцию», ведь это самые настоящие тимуровцы – оказывающие неоплачиваемую  помощь людям, но не волонтеры, на Западе этим людям платят заработную плату. Он был противником иностранных слов и терминов. Очень уважал работников, проработавших долгое время, за их опыт и преданность делу – ценил старые кадры. Был по-человечески добрым, участливым, но строгим и справедливым. Я никогда не забуду 12 декабря 2006 года, когда в Луганске был Пленум ветеранов. Была слякотная и дождливая погода, и надо же было такому случиться, что при выходе из здания администрации Николай Григорьевич споткнулся и упал, очень неудачно, сильно травмировался, а 5 января 2007 года его не стало. Это был шок», - с сожалением вспоминает наша героиня.
«В 2007 году на отчетно-выборной конференции Кировской ветеранской организации председателем избрали Тараненко Леонида Павловича, - продолжает рассказ Любовь Дмитриевна. – Он жил в посёлке Новотошковское, на работу ездил в Кировск, так   проработал до начала войны 2014 года. С началом военных действий, на подконтрольную Украине территорию перестал курсировать транспорт, и Леонид Павлович так и остался на «той стороне». Потом мы провели учредительное собрание, 17 марта 2015 года зарегистрировались в Луганской Народной Республике и стали официальной общественной организацией - Кировской городской организацией ветеранов войны и труда Луганской Народной Республики (КГ ОВВиТ ЛНР). На собрании председателем организации избрали Турпитко Николая Дмитриевича. В ветеранской организации пенсионеров было больше 10 000 человек, но половина выехала, когда началась война, некоторые «ушли» по возрасту. Сейчас, конечно, людей становится все меньше и меньше».

Со слов Любови Дмитриевны, сегодня городская организация ветеранов насчитывает 20 «первичек» - четыре поселковых и шестнадцать городских. По Уставу, если организация насчитывает пять человек, то уже может считаться первичной. На правах коллективных членов в ветеранской организации сегодня состоят Союз воинов-афганцев и Союз «Чернобыль». Они не смогли стать самостоятельными из-за неполного оформления уставных документов, а сейчас многие их представители разъехались. Курирует Кировскую городскую организацию ветеранов войны и труда Республиканская общественная организация ветеранов, председатель которой - Гайдуков Михаил Дмитриевич. Любовь Дмитриевна говорит, что не может особо выделить кого-либо как лучшего, но в разговоре отметила «первичку» на поселке Голубовское. В поселке есть военно-патриотический клуб «Славяне» и у ветеранов есть задумка организовать совместное патриотическое мероприятие на основе преемственности поколений. Ветераны всегда на посту, в гуще событий, занимают активную жизненную позицию и принимают участие практически во всех городских и общественных мероприятиях.
В ветеранскую организацию часто обращаются люди. Простые люди со своими простыми вопросами. Вопросы бывают сезонными: летом – вода, осенью и зимой – уголь. Беспокоят кировчан и вопросы остекления, ремонта кровли в разрушенных войной домах, и вопросы завоза угля – сейчас, в преддверии зимних холодов, они очень насущны и актуальны. Городская организация ветеранов общается и взаимодействует со всеми службами и организациями в городе. Раньше ветераны решали вопросы и по защите прав потребителей, председателем был Жмака Николай Иванович. Например, купил человек холодильник, а он сразу вышел из строя. Из ветеранской организации звонили, находили точки взаимодействия, приезжали, меняли деталь – и была простая человеческая благодарность. Но сейчас такие вопросы поступают все реже.
«Работа моя мне по душе, - делится Любовь Дмитриевна. - Я уже говорила, что, когда я раньше искала работу, всегда хотелось работать секретарем. Для меня эта работа казалась очень интересной. Мне всегда хотелось находиться среди людей, хотя сама я немногословная, я замечаю это за собой. Я верю, что война закончится. В это нужно верить, и тогда все сложится хорошо».
…и помимо работы
Все мы были когда-то детьми. Детские, порой наивные, но чистые и сердечные мечты, пожалуй, самые искренние. И как же замечательно, когда они все-таки сбываются! Пусть через десятки лет, но все-таки… Стоит дождаться этого момента, потому что он будет  наполнен счастьем.

«Есть у меня и кое-какие увлечения. Мне всегда нравилось вязать. Было время – хорошо шила. Если что придумаю, сама же выкрою и сошью. Интересно, что эта любовь передалась от папы и тёти. Мама шить не умела, а папа купил нам ножную швейную машинку, она у меня есть до сих пор. Покупали в 1965 году за 100 рублей. Мне тогда было 12 лет. Папа утверждал, что если девочка в доме, нужно, чтобы обязательно была машинка. Так я и научилась. А вот мама моя умела вышивать. «Крестиком» вручную вышивала, прямо, как на машинке. Ездили мы с девчатами на курсы вязания. После работы в конторе в Стаханове мы ожидали автобус «Стахановуголь», он довозил нас в Кировске до ресторана «Весна», а потом мы пешком быстро добегали до дворца культуры «Юбилейный» (ДК был расположен в районе шахты «Голубовская», сейчас здание «Юбилейного» разрушено – примечание), где и были эти курсы».
О четвероногих любимцах
Братья наши меньшие – полноценные члены семей, а уж любимцы какие! Без их присутствия в доме все было бы иначе. Эти забавные, симпатичные и порой непредсказуемые существа становятся родными и близкими, и уже не мыслишь без них свою жизнь.
«В доме у нас всегда были животные. Завела как-то кошечку Маркизу, подружка из Стаханова привезла, и прожила Маркиза у нас около 18 лет. Котят её я, в основном, раздавала, а одного раз оставила. Назвали Мемешкой. А у нас тогда была еще кошка Ксюша. И так получилось, что обе сразу дали потомство – из двух кошек получилось девять! Сейчас у меня два котика и три собачки – дворняжки. Одну, Жучку, я хотела продать, да оставила. Из Тузика получилась Туся, а Кнопку сначала растили соседи, которые потом выехали, а собачка осталась. Прикармливаю я и соседских собачек», - с любовью и заботой в голосе рассказывает Любовь Дмитриевна.
Особое чувство Родины
Считается, что любовь к родному краю можно воспитать. Но вряд ли воспитание даст глубокие ростки, если в душе у человека нет зерна, из которого будет произрастать благословенное чувство любви без условий, светлая радость от одного лишь сознания малой Родины – места на Земле, где началась твоя жизнь. С взрослением души эта любовь будет лишь расти и крепнуть, и никакие невзгоды не заставят человека покинуть родные места, даже если это будет война… 
«Я – коренная кировчанка и никуда отсюда не уеду. Только в гости. Я просто понимаю это. О войне я думаю так. Мы никогда не сможем принять то, что нам пытаются навязать с Запада. Это просто невозможно. Я сейчас читаю Евангелие и не могу не согласиться с тем, что там написано – мы живем в такие дни, когда брат пошел на брата. Страшно то, что близкие и знакомые раньше люди становятся чужими. Мои некоторые знакомые, с которыми я дружила много лет, сегодня доказывают мне, что в нас стреляют наши же земляки. И я просто не могу сейчас зайти к ним в гости, как это было раньше – вроде как преграда стоит передо мной, не пускает», - завершает свой рассказ Любовь Дмитриевна.
И напоследок……
Обычная женщина, с обычной, в общем-то, судьбой. Но это на первый взгляд. Из глубины души раскрываются славянские истины, зародившиеся в нас веками, поколениями – семья, дом, любимая работа, забота о близких и любовь… Безграничная любовь к ставшим навеки родным полям, ромашкам на лугу, протоптанной в степи тропинке, шахтерским терриконам – всему, что мы называем Родиной!